Статьи:

Проблемы на улице у нас начались не вчера и существовали практически с возникновения Движения. Стада "космонавтов" и жесткое винтилово на ярких акциях стали нашей визитной карточкой, способствуя популяризации идей, притоку новобранцев и раскрутке политического бренда организации. Акции 31 июля и августа, безусловно ставшие "событием №1" политической жизни страны, убедительно показали эффективность "Стратегии 31" и актуальность уличного опыта нацболов.
Вместе с этим, все мы на своей шкуре ощущаем, насколько тяжелее за последние годы стало выходить на улицы. В год президентских выборов гайки в нашем регионе были завернуты настолько туго, что даже редкие одиночные пикеты и собрания стали проводиться в условиях полной конспирации, на редких мероприятиях с нашим участием менты чинили жесткий запрет на использование любой символики, включая безобидные имперки, и любых листовок, а участников замурыживали бесконечными опросами, беседами и допросами. Ресурсов на каждую рядовую акцию стало уходить все больше и больше. Регулярное винтилово, плотный оперской "колпак" сказывались и на личном составе. Накапливалась усталость, опускались руки. Кислород перекрыли всем. Даже КПРФ, у которой с властью на мази, стали запрещать их беззубые акции. На исходе 2008 г. на фоне скудной уличной движухи даже пикет из нескольких человек уже становился событием общественной жизни города.
В полицейском государстве любой политической организации особенно необходим выход на улицу. Для нормальной работы регионалки как минимум нужен приток новых активистов, многие из которых приходят именно с улицы. Обдумывая варианты выхода из ситуации, мы поставили задачу отбить для себя площадку в центре города и "застолбить" ее своим регулярным присутствием. Первая заявка на еженедельный пикет на площадь Свободы была подана в апреле. Она была сформулирована таким образом, чтобы свести вероятность отказа к минимуму. Темой стала защита 31-й ст. Конституции - права на протест, реализовывать которое на улице можно практически с любой темой. Впоследствии формулировка заявки практически не менялась. Число участников от 1 до 100 (затем снизили до 50, чтобы не нагоняли ОМОН), место и время одно и то же. Кроме того, "в соответствии с Законом Российской Федерации, мы оставляем за собой право приглашать к участию как представителей различных общественных объединений, так и граждан, не состоящих ни в каких объединениях, использовать (в рамках Закона) различную символику (п.2 ч.2 ст.6 Федерального закона Российской Федерации от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях)..." Власть инерционна, любое изменение формата вызывает у нее панику, поэтому расплывчатый формат был заявлен сразу, оставляя широкое поле для маневров.
Мероприятие было ожидаемо запрещено, а его подготовка вызвала истерику ГУВД. На выбранном месте прошел одиночный пикет. Организатор стоял ровно 2 заявленных часа с листочком, на котором ручкой было нацарапано: "Одиночный пикет в защиту 31-й ст. Конституции" в окружении около сотни "правоохранителей". Убедившись, что "экстремизма" не будет, власть несколько успокоились. Следующая акция была согласована, и опять прошла в форме одиночного пикета, но уже с плакатом и листовками, к которым вопросов возникнуть не могло. Третье проходило уже под имперкой. Логично было начинать борьбу за улицу с права на использование символики и агитматериалов как таковых. Подобный формат держался месяц, мы плавно увеличивали присутствие (листовки, флаги, число участников). Менты втянулись в игру, интересуясь на каждом мероприятии: "Ну что у вас нового?", к четвертому пикету перестал приезжать ОМОН, вместо десятка "антиэкстремистов" стал прибегать молоденький оперок с камерой. Затем последовал запрет, и мы использовали заготовленный ход: вышли с серией одиночных пикетов, но уже к Кремлю, заявляя по прослушиваемым телефонам, что в случае дальнейших отказов будем поступать таким же образом. Контролировать экстремистов, неопределенно разбросанных по центру, сложнее, чем тусующихся в заведомо определенном месте, причем близость к органам администрации на порядок повышает "опасность" акции в глазах власти. Проблем с площадкой больше не возникало и мы продолжили экспансию: продавили сначала флаг с "цензурой", в листовках стали указывать известный всем сайт, потом дошло до символики - "лимонка", серп и молот в кольце и т.д. Мы действовали открыто и менты точковали каждую новую деталь. Наверняка проводились прокурорские проверки, которые так ничего и не выявили. Пару раз брали "на всякий случай" объяснительные. Всегда готовы удариться в судебные тяжбы.
Тактика "ползучей экспансии" в нашем ОМОН-сити оказалась результативной. Ее следствием стало то, что многие неопределенные вещи, которые всего полгода назад запросто могли фигурировать в уголовном деле по экстремизму, стали определенными и безопасными в повседневном использовании. С другой стороны, регулярность и предсказуемость акций несколько успокоила нездоровую "бдительность" власти и ментов. Мы получили легальную площадку, на которой под своей символикой можно спокойно проводить в широком диапазоне акции, и на которую можно ориентировать протестных горожан, плацдарм для дальнейшей экспансии и прочую пользу.
Данный опыт не актуален для таких регионов, как Москва и Питер (где проблем с будничными акциями и самоидентификацей на порядок меньше), но может быть использован в "красных" городах, где свернуто большинство возможностей для уличной работы. Будем работать, будем жить.