Статьи:

Добрый день! Меня зовут Н, и я хотел бы вам рассказать о том, как я съездил со своими товарищами Б и П в город Саянск на Первое мая.
У нас с собой был транспарант из ткани, на котором было написано «РЕВОЛЮЦИЯ!», а также была приготовлена речь. Организаторами первомайского митинга являлась КПРФ. Придя на место митинга, мы увидели четверых пожилых людей и сразу узнали в них членов КПРФ. Мы спросили у них разрешения, можно ли нам развернуть во время митинга транспарант и выступить с речью, нам они сказали, что да, можно, и они против не будут.
Потом мы с товарищами Б и П отошли от них и сели на лавочку покурить. К нам сразу же подошли сотрудники ППСМ и попросили предъявить документы. Вот тут начались наши приключения.
Как только мы достали свои документы, к нам тут же подошла ещё одна группа сотрудников милиции с большими животами и не менее крупными звёздами на погонах, со словами: «Какого хуя вам здесь нужно?» При этом подкрепив свои слова парой ударов товарищам П и Б и, собственно, мне. Мы им ответили, что пришли на первомайский митинг, но наши слова не имели никакой весомости. Видимо, мы их не подкрепили парой увесистых оплеух, в отличие от «сотрудников», которые тилиснули нам по зябрам ещё пару раз.
После этого нас повели во двор, дабы «доставить на профилактическую беседу». По пути мы увидели ещё одну коммунистку, которая сказала нам: «С праздником вас, сынки!». Пока мы ждали машину, я спрашивал несколько раз фамилии этих сотрудников, на что мне отвечали так: «Вот сейчас приедем в отдел, и там вам всё популярно объяснят». И вот мы, трое товарищей Н, Б и П, с трудом поместившись в «шестёрку», поехали «беседовать» в Саянский горотдел милиции.
По прибытию в отдел нас завели в кабинет, где находился сотрудник Уголовного розыска Сивицкий и ещё один «сотрудник» по фамилии Похабов. Наши паспорта «сотрудник» Сивицкий сразу же у нас «изъял» и убрал их в свой стол. Потом он стал спрашивать нас: «Где же ваши документы?» Я ему ответил, что наши документы лежат у него в столе. Ответ был таков: «Нет там ваших документов! Спиздил кто-то». И он вышел из кабинета. Когда Сивицкий вернулся в кабинет, он спросил у меня: «Плавать умеешь?» Я сказал, что нет. Сивицкий ответил: «Научим!», и повёл товарища П на «беседу» в другой кабинет. Пока мы ждали возвращения нашего товарища, «сотрудник» Похабов включил нам фильм «Антидурь» со словами: «Чтобы скучно не было» (чувство юмора имеется). Через некоторое количество времени к нам вернулся товарищ П с о-о-очень грустным лицом. Затем настал мои черёд идти разговоры разговаривать.
Зайдя в кабинет, Сивицкий начал мне говорить, что у него есть друзья, на которых «висит» разбой, и он простит им его, если они отвезут меня на реку Оку, изнасилуют и научат плавать. После этих слов в кабинет зашёл ёщё один «сотрудник», спросил меня: «Тебя Н зовут?». Я сказал, что да, меня зовут Н. Я получил от этого любознательного «сотрудника» сильный удар в лоб. Со словами: «Потом ещё пообщаемся», он вышел из кабинета, и больше я его не видел. Сивицкий продолжил меня унижать и намекать на то, что его друзья меня покалечат и изнасилуют. Во время «беседы» ему позвонил его сын и он со словами: «Сыночка, папа пока занят, я приеду попозже, и мы съездим отдохнуть на дачку», положил трубку. Потом он сказал, что после всего, что со мной они сделают, я могу написать заявление, и они его будут искать и искать упорно.
Потом меня отвели на постановку на дактило-видео учёт. После всех манипуляций меня вернули в тот же кабинет, где со мной общался «рыцарь плаща и кинжала», который «открытым текстом» начал объяснять, что: «мне в Саянске делать нечего, и если ты приедешь в следующий раз, то тебе будет плохо».
Потом меня и товарища Б отвели на первый этаж к инспектору ПДН Архиповой Елене Андреевне. У неё в кабинете на меня начали составлять протокол об административном правонарушении по статье 20.3 КоАП РФ (пропаганда и публичное демонстрирование нацисткой символики), а на товарища Б протокол по статье 20.2 КоАП РФ. В протоколе об административном правонарушении указывалось, что я имел при себе обложку от паспорта красного цвета с изображением нацисткой символики в виде нарисованного в белом круге чёрного серпа и молота. На вопрос, зачем я нарисовал серп и молот, я ответил: «Так как я очень люблю СССР я решил в том месте, где раньше был герб, нарисовать серп и молот, потому что сам герб СССР, очень сложно рисовать». На мой вопрос: «Где здесь нацистская символика и где я её публично демонстрировал?», участковый, который составлял протокол, встал и начал таскать меня за волосы. Товарищу Б в это время, сказали, что он должен сходить в туалет и вытолкали его в коридор. Когда я вырвался из его рук и спросил у Архиповой Е.А. (которая всё это время находилась в кабинете и не сказала ни слова): «У вас так принято обращаться с несовершеннолетними?», мне ответил сотрудник милиции, который составлял протокол изъятия: «Если несовершеннолетний, так прав много? Мы из тебя сейчас «ихтиандра» сделаем!» (Как я узнал позже, «сделать ихтиандра» – это опустить головой в унитаз). Я ему ответил, что у меня прав не меньше, чем у взрослого. Тут пришёл «из туалета» товарищ Б, и ему намекнули, что если сейчас не приедут его родители, то его «закроют на сутки», мне сказали то же самое. Товарищ Б начал звонить родителям, я же сказал, что за мной приехать никто не сможет. Архипова сказала: «Посидишь суток пятнадцать и этапом домой поедешь». Вот тут-то товарищ Б проявил свой героизм и хладнокровие, он позвонил родителям и сказал, что его выпустят минут через двадцать и за ним приезжать не надо, а сотрудникам он сказал: «Пока товарища Н не освободят, я буду с ним».
После всех этих мытарств меня и его поместили в изолятор. Но через минут сорок за ним приехали родители, и я остался один. Я просидел там трое суток, пока за мной не приехали родители.
Второго мая я узнал о судьбе товарища П. Его «подписывали на сотрудничество и расколошматили всю башку боксёрскими перчатками, пишущей машинкой и ещё какой-то хернёй» (дословно). В тот же день ко мне пришёл инспектор ПДН Любовь Александровна и обманным путём забрала копии всех протоколов. По приезду домой ко мне пришёл инспектор ПДН по моему району и составил протокол на мою маму по статье 5.35 КоАП РФ (не надлежащее исполнение родительских обязанностей), мотивируя это тем, что им звонили из прокуратуры и сказали составить этот протокол.
После этих первомайских праздников я могу сказать только одно: Саянск – самый лучший город на свете!